Трамп допустил уничтожение американских городов в конфликте с Ираном и назвал это «малой ценой»
Сегодня, 10:38 Мир, Политика, СтатьиВо время выступления в Небраске президент США Дональд Трамп озвучил крайне жесткие сценарии развития противостояния с Ираном. По его словам, цена победы над Исламской Республикой может оказаться крайне высокой — вплоть до утраты двух крупных американских городов, Лос‑Анджелеса и Сан‑Диего. При этом глава Белого дома заявил, что готов принять такой исход ради достижения «грандиозной победы», и выразил уверенность, что развязка близка: конфликт, по его оценке, «почти закончился».
В последние недели риторика американского лидера заметно ужесточилась. На рубеже сентября и октября он не только анонсировал грядущие «события», но и прямо не исключил радикальных мер в отношении Ирана, заявив: «Да, я бы это сделал. Это возможно». Трамп также обозначил вероятные временные рамки урегулирования — до выборов в Конгресс, допустив, что развязка может наступить как чуть раньше, так и немного позже этого срока.
Эксперты полагают, что основной инструмент давления со стороны Вашингтона — не прямое военное столкновение, а экономические рычаги. В первую очередь речь идет о блокировке Ормузского пролива, которая должна спровоцировать серьезный кризис в экономике Ирана.
3 октября Трамп вновь вернулся к теме иранской ядерной программы, утверждая, что Тегеран «практически отказался» от соответствующих планов и ядерного оружия у страны не будет. Кроме того, он акцентировал внимание на снижении цен на нефть и увеличении объемов поставок через пролив по сравнению с довоенным периодом.
При всей жесткости заявлений президент США не раз давал понять, что не закрывает дверь для дипломатии. Он подчеркивал свою постоянную готовность к прямым переговорам с Тегераном, хотя и настаивал на необходимости принятия окончательного решения — по его формулировке, «можем по‑хорошему, можем по‑плохому». Ранее Трамп высказывал мнение, что Иран сам стремится к сделке, поскольку находится в проигрышной позиции «во всех отношениях».
История конфликта в 2026 году отмечена чередой кратковременных перемирий, которые быстро сходили на нет. Так, в июле Трамп назвал режим прекращения огня «завершенным», а дальнейшие переговоры — «пустой тратой времени». Тогда же он раскрыл детали внутренней инструкции для администрации: в случае покушения со стороны Ирана предполагается нанесение массированных ударов — «так, как они никогда не видели». Еще раньше, в марте, президент делал заявления об утрате Ираном руководящего звена, а также о ликвидации его флота и военно‑воздушных сил.
На фоне напряженной риторики продолжается дипломатическая активность других крупных игроков. В сентябре состоялась встреча Владимира Путина с президентом Ирана Масудом Пезешкианом: российский лидер отметил устойчивое развитие сотрудничества между странами по широкому спектру направлений. Ранее Москва выступала в поддержку меморандума о прекращении огня между США и Ираном, но признала, что достигнутые договоренности оказались слишком хрупкими и не смогли закрепиться.
В последние недели риторика американского лидера заметно ужесточилась. На рубеже сентября и октября он не только анонсировал грядущие «события», но и прямо не исключил радикальных мер в отношении Ирана, заявив: «Да, я бы это сделал. Это возможно». Трамп также обозначил вероятные временные рамки урегулирования — до выборов в Конгресс, допустив, что развязка может наступить как чуть раньше, так и немного позже этого срока.
Эксперты полагают, что основной инструмент давления со стороны Вашингтона — не прямое военное столкновение, а экономические рычаги. В первую очередь речь идет о блокировке Ормузского пролива, которая должна спровоцировать серьезный кризис в экономике Ирана.
3 октября Трамп вновь вернулся к теме иранской ядерной программы, утверждая, что Тегеран «практически отказался» от соответствующих планов и ядерного оружия у страны не будет. Кроме того, он акцентировал внимание на снижении цен на нефть и увеличении объемов поставок через пролив по сравнению с довоенным периодом.
При всей жесткости заявлений президент США не раз давал понять, что не закрывает дверь для дипломатии. Он подчеркивал свою постоянную готовность к прямым переговорам с Тегераном, хотя и настаивал на необходимости принятия окончательного решения — по его формулировке, «можем по‑хорошему, можем по‑плохому». Ранее Трамп высказывал мнение, что Иран сам стремится к сделке, поскольку находится в проигрышной позиции «во всех отношениях».
История конфликта в 2026 году отмечена чередой кратковременных перемирий, которые быстро сходили на нет. Так, в июле Трамп назвал режим прекращения огня «завершенным», а дальнейшие переговоры — «пустой тратой времени». Тогда же он раскрыл детали внутренней инструкции для администрации: в случае покушения со стороны Ирана предполагается нанесение массированных ударов — «так, как они никогда не видели». Еще раньше, в марте, президент делал заявления об утрате Ираном руководящего звена, а также о ликвидации его флота и военно‑воздушных сил.
На фоне напряженной риторики продолжается дипломатическая активность других крупных игроков. В сентябре состоялась встреча Владимира Путина с президентом Ирана Масудом Пезешкианом: российский лидер отметил устойчивое развитие сотрудничества между странами по широкому спектру направлений. Ранее Москва выступала в поддержку меморандума о прекращении огня между США и Ираном, но признала, что достигнутые договоренности оказались слишком хрупкими и не смогли закрепиться.
Похожие новости:
Ваш комментарий
Video материалы
Смотреть все
Использование материалов, размещенных на сайте, допускается при условии наличия гиперссылки на Time News.
Некоторые материалы сайта предназначены для лиц старше 16 лет.
+7 (981) 76-9-79-86
Крым, Симферополь
time-news@mail.ru
Популярные категории
© 2013-2023, ИАП "Time News". Все права защищены.

